Россияне охотно участвуют в медицинских экспериментах

медицина,исследование

Журналист Эндрю Крамер рассказывает историю Галины Малининой, которой приходилось делать себе уколы в живот и терпеть ежедневную тошноту, чтобы похудеть. «Эта русская бабушка, ни на что не жалуясь, смирилась с рисками приема лекарства и, не теряя бодрости духа, терпела даже самые необычные побочные действия. О таких пациентках фармацевтические компании могут только мечтать», — пишет Крамер.

«Готовность Малининой и тысяч других россиян участвовать в испытаниях лекарств — весьма благоприятное обстоятельство для мировой фармацевтической промышленности. В США и Европе клинические испытания требуют крупных расходов, а привлечь добровольцев сложно», — отмечает издание.

В России, напротив, ведомства-регуляторы, врачи и даже многие пациенты рады любому шансу поучаствовать в экспериментах. «Для пациентов это часто единственный способ получить медицинскую помощь на современном уровне», — поясняет автор.

Как отмечается в статье, правительство Путина облегчило фармацевтическим компаниям доступ к российским пациентам, чтобы стимулировать создание рабочих мест и инвестиции в высокие технологии. Более того, закон от 2010 года обязывает компании предварительно испытывать на россиянах лекарства перед началом продаж в России.

Подобную политику, помимо России, проводят и другие страны, в частности, Сингапур, Южная Корея и Китай.

The New York Times сообщает, что фармацевтические компании используют результаты испытаний за границей, чтобы лекарства было проще лицензировать в США. «В особенности компании ориентируются на Россию, чтобы испытывать экспериментальные препараты от психических болезней, иногда в тех же палатах, куда старались упрятать советских диссидентов, — пишет газета и добавляет: — Нет никаких сообщений о том, что сегодня препараты испытывают на арестованных по политическим мотивам».

«В России такие исследования стоят дешевле и осуществляются быстрее, чем на Западе: добровольцы соглашаются на удивление охотно. Возможно, это объясняется глубоким фатализмом русских», — пишет Крамер. К примеру, доброволец Евгений Максимов, которому предложили 180 долларов за участие в испытаниях, заметил: «Я каждый день рискую» — и пояснил, что недавно летал на самолете российского производства.

Источник: The New York Times, перевод ИноПресса.ру

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *